А.И. Лумпов, к.ф.-м. н., Л.П. Постышев, к.э.н. РАГС при Президенте России, 2002.
Теоретически переход от командно-административной системы хозяйствования к более эффективной рыночной системе, регулируемой государством, может быть осуществлен с постоянным повышением экономической эффективности производства, уровня и качества жизни населения. Рассмотрим необходимую для этого концепцию разработки научной стратегии такого перехода и дальнейшего безопасного и устойчивого развития экономики России в новых условиях. Каковы же эти новые условия?
Несмотря на победу буржуазных демократических государств и тот факт, что капитализм вновь стал на планете глобальным, проблем у него не убавилось: назревающие сырьевой, энергетический, демографический, экологический и климатический кризисы; растущая пропасть между золотым миллиардом и остальным человечеством; нерешенность этих проблем и отсюда созревший мировой терроризм; нестабильность и непредсказуемость мировой валютной и финансовой системы.
Она усилилась после развала Бреттон-Вудского соглашения с его золотодевизным стандартом. Кингстонская (Ямайка, 1976 г.) конференция стран-участниц МВФ утвердила уже существовавшую тогда новую практику – многовалютный стандарт, плавающие курсы валют и провозгласила демонетизацию золота. К этому времени неолиберальные идеи возобладали над кейнсианскими идеями государственного регулирования экономики с целью достижения полной занятости и ликвидации инфляции. Неолибералы ставили в вину правящему кейнсианству возросшие масштабы госсектора экономики, ограничение свободной конкуренции, дефицит государственных бюджетов, невыполнение обязательств ликвидации безработицы, инфляции и др. Цель неолибералов – неограниченная свободная конкуренция, поддерживаемая государством и надгосударственными структурами, дающая максимальный рост капитала.
В условиях происходящей глобализации, невиданных темпов научно-технического прогресса, развития электроники и информатики это новое издание либеральной политики действительно преобразовывает весь мир. Обретя глобальную свободу, мировая финансовая индустрия достигла впечатляющих успехов и в темпах роста, и в усилении своей власти. На фондовых биржах, в банках и страховых компаниях, в инвестиционных и пенсионных фондах появился новый политический агрессивный класс. С 1985 года объем сделок с иностранной валютой и международными ценными бумагами вырос много более чем в 10 раз. Сегодня в среднем за день меняет хозяина валюта на сумму более 1,5 триллиона долларов. 358 миллиардеров имеют капитал, равный тому, что совместно имеют 2,5 миллиарда человек. Валютные спекулянты и конъюнктура мирового валютного рынка безраздельно решают судьбы многих государств. Попытки в этих условиях МВФ, ВТО и других надгосударственных структур укрепить и стабилизировать мировую валютную систему не удаются. Ситуация выходит из под контроля. Валютные риски существенно снижают заинтересованность инвесторов в осуществлении даже весьма эффективных проектов. Но как, хотя бы локально, решить эту проблему? Да и другие острые проблемы?
Нами проведены исследования и получены решающие научные наработки. Базис решения - использование в расчетах и инвестиционных договорах валютного энергоэквивалента. Научно обоснованная и практически эффективно реализуемая прорывная методика потребовала разработки и применения нового оптимального экономико-математического аппарата, способного объективно решать не только эту, но и другие комплексные экономические, технологические, финансовые и инвестиционные проблемы, базируясь на энергоэквиваленте. Эти новые оптимальные модели рыночной экономики сделали возможной разработку эффективных и реализуемых стратегий безопасного и устойчивого развития экономики России в сложившихся экстремальных условиях.
Оптимальные модели рыночной экономики, созданные в 1939 году Л.В. Канторовичем для системного решения экономических и технологических проблем, получили огромную поддержку и признание ученых всего мира. Почему же эти оптимальные модели не получили широкого практического применения? Проведенные исследования дали ответ на этот вопрос.
Традиционные оптимальные модели в их первоначальном виде не являлись экономически корректными. При математически строгой постановке задач на условный экстремум, эти модели содержали ряд существенных экономических некорректностей и неточностей. Причина ошибок в непонимании экономистами того времени всей сущности формализованного в функционале модели критерия оптимальности. С позиций экономической теории критерием является норматив экономической эффективности производства, капитальных вложений, новой техники и технологии. При обязательном условии экономической корректности всех остальных математических аналогов экономических категорий моделируемой экономической теории. Каким должен быть этот норматив – определяет верная экономическая теория.
Анализ моделей с нулевой прибылью показал: их критерий оптимальности появился в результате экономической ошибки. Экономистам была поставлена задача разместить в оптимизируемом функционале модели формализованный критерий экономической оптимальности. Было предложено несколько критериев. Возникла теоретическая дискуссия. Но выяснилось, что предложенные критерии оптимальности определенным образом согласованы между собой. И главное: у всех этих критериев двойственные оценки имеют нулевую прибыль. Такое единство восприняли как доказательство их объективности, а нулевая прибыль была провозглашена необходимым условием оптимальности экономических ситуаций, не смотря на то, что это противоречило принципам экономической теории. Высочайший авторитет математически безупречных задач линейного программирования и казавшаяся бесспорность формализованных критериев оптимальности привели к признанию эталонными таких оптимальных моделей экономики. Обе классические стоимостные концепции, как якобы несовместимые с принципом оптимальности, были отвергнуты. Хотя они и были ближе к истине, но верного решения проблем они тоже не давали.
Критерий Канторовича – максимизируемый вектор-столбец товаров и услуг народного потребления – занимал в функционале статической модели всего одну ячейку. Критерий максимизации полезности также занимал лишь часть функционала прямой задачи. Другие его ячейки формализованных критериев оптимальности не имели. И потому заполнялись нулями. Это выглядело тогда естественным и не вызывало сомнений.
Однако оптимизируемый функционал оптимальных моделей рыночной экономики вместе с тем является вектором ограничений их двойственных задач. А потому обязан экономически корректно выполнять и эти свои функции. Он подобен периодической системе элементов Менделеева. Каждая его ячейка содержит однозначно определенную моделью экономическую категорию. Тут придумывать или изобретать ничего нельзя. Все предписано верной экономической теорией, которая и является фактическим итоговым критерием оптимальности моделей экономики. Однако таких альтернативных концепций, претендовавших на истинность, было три. Да еще, по непреднамеренной ошибке, появилась новая «оптимальная» экономическая концепция с нулевой прибылью.
Ее авторы не подозревали, что все ячейки функционала оптимальной модели экономики однозначно заняты вполне определенными и абсолютно необходимыми экономическими категориями. Они расставили там по своему разумению нули, т.е. придали этим экономическим категориям несвойственные им нулевые значения. Так появилась в моделях и в согласованной с ними «новой» экономической теории оптимальная нулевая рентабельность и нулевая нормативная прибыль всех вошедших в оптимальный базис технологий производства товаров и услуг, а также оптимальная нулевая остаточная стоимость средств производства, по их состоянию на конец последнего периода конечной оптимальной динамической модели экономики, которая привела к экономически некорректным краевым условиям. Отсюда огромные систематические ошибки, делающие такие модельные «оптимумы» в реальных рыночных условиях значительно менее эффективными, чем рядовые коммерческие и производственные решения предпринимателей, или даже вовсе убыточными.
В традиционных моделях поведения потребителей известные виды функции полезности не позволяют решить проблему постепенного уменьшения и выбытия из употребления относительно дешевых товаров (благ) по мере роста доходов потребителей. Для решения этой проблемы потребовалось ввести новые понятия: платежеспособная потребность и соответствующая ей функция полезности, представленная в виде суммы двух функций, имеющих разный экономический смысл. Каждая функция зависит от своего аргумента, являющегося приведенным количеством взаимозаменяемых товаров и имеющего вид линейной комбинации этих товаров. Такой подход позволил разработать эффективный метод оценки поведения потребителей в условиях реально существующего разнообразия взаимозаменяемых товаров и получить необходимую точность и адекватность оценки функций спроса и предложения.
Традиционные «оптимальные модели экономики» и их нулевая нормативная прибыль не получили практического применения и признания, так как предпринимателям, государству и обществу нужна нормативная прибыль, которую, как правило, и получают успешно работающие предприятия.
В традиционных моделях были допущены и другие экономические ошибки, которые были выявлены, изучены и устранены. Это позволило представить известные экономические концепции эффективности производства в математической форме оптимальных моделей экономики. Они различаются между собой формой образования нормативной рентабельности и прибыли. Отсюда и различия их оптимумов. Все эти концепции оказались совместимыми с принципом оптимальности. Как же выбрать из них действительно верную и прогрессивную экономическую теорию?
Оказалось, что далеко не все эти оптимальные модели и их двойственные оценки могут в условиях расширенного воспроизводства объективно определить социально-экономический и технологический оптимум. К тому же используемая ими функция предельной полезности не включает в число оптимизируемых благ такое специфическое, но необходимое сегодня «благо», как расширение производства. Учитывать его полезность в расширяющейся экономике – объективная необходимость. На новых экономически корректных оптимальных моделях экономики, разработанных одним из авторов доклада, удалось точно смоделировать верную экономическую теорию и строго математически доказать преимущество ее критерия оптимальности над всеми остальными предложенными экономическими концепциями и над оптимальными моделями с нулевой прибылью во всех возможных конкретных рыночных и технологических ситуациях.
Эти новые обобщенные оптимальные модели обогащены максимизацией темпов расширения производства по критерию оптимальности модели сбалансированного роста фон Неймана. Они позволяют на базе энергоэквивалента по новому подойти к решению всех экономических, инвестиционных и технико-экономических проблем, сделав возможным разработку эффективных и реализуемых стратегий безопасного и устойчивого развития экономики России в сложившихся экстремальных условиях.
